Феномен военной культуры

Советскую власть приняли многие царские офицеры. В том числе и знаменитый генерал Алексей Брусилов (на фото – стоит без головного убора перед великим князем Георгием Михайловичем). Фото 1915 года

 

Мощь любой армии зависит не только от подготовки солдат и современного оружия
     Вячеслав Круглов (Независимое военное обозрение 13.03.2015)

 

Об авторе: Вячеслав Викторович Круглов – генерал-майор запаса, доктор военных наук, профессор, заслуженный работник высшей школы Российской Федерации

  Военная история убедительно свидетельствует, что мощь армии любого государства напрямую зависит от культурного уровня ее личного состава. Более того, армия просто не может быть полноценной без концентрации в себе высокой культуры. При этом, впитывая в себя все достижения культуры, армия, как социальный и культурный атрибут, порождает специфическую, свойственную только ей область культуры – военную культуру. Без овладения культурой – как в общем ее понимании, так и культурой военной – армия не может жить и достойно выполнять возложенные на нее задачи.

 ПЛОТЬ ОТ ПЛОТИ НАРОДА

Что же такое военная культура? В первом приближении под ней можно понимать уровень знаний о войне в самом широком смысле и во всех ее аспектах, а также способность армии эффективно применять достижения отечественной и мировой науки и культуры для выполнения задач в соответствии с ее предназначением. Важно подчеркнуть, что ключевым в этой формулировке является слово «уровень»: с одной стороны, он подчеркивает приоритет качественных показателей знаний и способностей, с другой – последние должны соответствовать самым последним достижениям науки и культуры.

Ясно, что военная культура развивалась вместе с общей культурой, переживая свои периоды подъема и упадка. Она обогащалась по мере вовлечения в сферу военной деятельности все более широких масс людей и разнообразных явлений общественной жизни. Поэтому военную культуру следует оценивать с точки зрения социальных условий, ее породивших и сопровождавших. Военная культура всегда находилась в сложных и неоднозначных отношениях с тенденциями прогресса и консерватизма. Так обстоит дело и сейчас.

Предварительный анализ показывает, что содержание военной культуры составляют определенные взаимосвязанные компоненты. К основным из них следует отнести: политическую культуру; управленческо-исполнительскую культуру (культуру управления); дисциплинарную культуру; штабную и военно-техническую культуру; культуру взаимоотношений между военнослужащими. Все перечисленные компоненты в совокупности составляют основу военной культуры и определяют ее своеобразие.

ПОЛИТИЧЕСКАЯ КУЛЬТУРА

Военно-политическая направленность деятельности армии является краеугольным камнем всей военной культуры. Ведь политика вообще – основа войны, ее причин, содержания, роли. В то же время она – «переходный мостик» от целого к части, связующее звено деятельности армии и политики. К этому военно-политическому элементу прежде всего относится верность определенным идеалам и конкретным целям, за которые готовы сражаться армия, ее солдаты, офицеры и генералы. В истории человечества эти идеалы концентрировались в национальном патриотическом сознании, приверженности к идеалам народа или определенного сословия, принадлежности к религии.

Известно, что идейно-политической основой духа многих армий на протяжении веков являлась и является вера, порождающая или как минимум усиливающая патриотизм. Православная церковь всегда поддерживала, объединяла, вдохновляла народ на борьбу во время вражеских нашествий на Россию. Именно общность православной христианской веры сыграла ведущую роль в защите русской земли от нашествий поляков и шведов, тевтонов и Наполеона. Она же одухотворяла осуществление Русской армией освободительных миссий. Например, для избавления болгарского, сербского и других балканских народов от турецкого ига.

Еще пример. Высоким авторитетом в Польше пользуется католическая церковь (кстати, наряду с польским войском). Известно, что во время гитлеровской оккупации именно церковь была одним из оплотов польского Сопротивления. В тот период ни один ксендз, как пишут польские авторы, не сотрудничал с врагами. К сожалению, в нашей стране является недостаточно изученной и недооцененной деятельность и роль Русской православной церкви в годы Великой Отечественной войны.

В качестве вывода можно сказать, что военно-политическая направленность военной службы определяется знанием и пониманием воинами национальной истории, верой в идеалы, которые исповедуются в стране и которые защищает армия.

УПРАВЛЕНЧЕСКО-ИСПОЛНИТЕЛЬСКАЯ КУЛЬТУРА

Вторым компонентом военной культуры является культура управленческо-исполнительской деятельности, заключающаяся в единстве высокого уровня выработки военных решений (решение командира – основа управления!) и доведения их до подчиненных, а также точного, своевременного и ответственного их выполнения.

Другими словами, есть культура руководства и культура исполнения. При этом культура руководства напрямую определяет культуру исполнения. Эта связь имеет двойной характер.

С одной стороны, все военные люди принимают как аксиому положение о том, что как приказ отдан, так он и будет выполнен. Это означает, что отдача приказа должна быть, безусловно, официальной и в определенной степени торжественной процедурой (командир – представитель государственной власти!), но в то же время она должна выражать высокое доверие командира к подчиненным и надежду, что они сделают все возможное для его выполнения.

С другой же стороны, неизбежный спрос за выполнение приказа практически не должен оставлять подчиненным какой-либо «свободы» для его невыполнения. Позор невыполнения приказа – самый страшный позор для военного человека. Лучше смерть, чем позор!

В теоретическом плане долг, дисциплина и ответственность обязательны для всех военных структур. Однако в армиях различных стран и эпох это проявлялось и проявляется по-разному. Важной причиной этого обстоятельства является национальная психология и традиции, которые отражаются на процессе подготовки армии и характере ведения ею военных действий.

Вспомним историю Российской (императорской) и Красной армий. XVIII и XIX века знаменовались грандиозными успехами русского оружия, появлением выдающихся полководцев и флотоводцев – Румянцева, Ушакова, Суворова, Кутузова, Нахимова, блестящих военных теоретиков и организаторов – Милютина, Обручева, Драгомирова и др. Даже упадок русской армии, связанный с общим социально-экономическим и политическим кризисом самодержавия конца XIX – начала XX века, не прервал генерации талантливых офицеров, генералов, полководцев.

К сожалению, пока недостаточно изучены процессы в российском офицерском корпусе в период Октябрьской революции и Гражданской войны. Тем не менее очевидно, что большая его часть пошла за советской властью. Так, к 15 ноября 1918 года в Красной армии служили уже 20 488 генералов и офицеров старой армии – примерно 75% всего командного состава. В дальнейшем этот процент снизился за счет подготовки и выдвижения командиров из рабочих и крестьян, но по-прежнему оставался высоким, особенно в штабах.

Следует признать, что Октябрьская революция породила свой образец новой военной культуры. Особенностью ее развития в тот период явилось то, что военная культура развивалась как бы не вглубь, а вширь. Троцкистские и сталинские репрессии унесли жизни очень многих командиров и штабных работников, воспитанных царской армией, выступавших хранителями военной культуры и обеспечивавших ее преемственность. Их места занимали новые люди из «низов». Поэтому можно сказать, что уровень «классической» военной культуры (вглубь) тогда снизился. Однако это обстоятельство компенсировалось энтузиазмом и высокой активностью новых командиров из самых широких масс в их стремлении к военным знаниям.

В ходе Великой Отечественной войны из подготовленной революцией основы командных кадров поднялся новый строй способных офицеров, генералов, маршалов, чье командно-исполнительское искусство, как более творческое и патриотическое, победило признанную во всем мире немецкую пунктуальность и исполнительность. Причиной этого, как заявляли после войны американские аналитики, являлось то, что русские генералы знали больше, чем было написано в уставах. Советские Вооруженные силы, впитав в себя весь опыт войны и творчески его развивая в эпоху ракетно-ядерного оружия, стали, по-видимому, в то время лучшей армией мира!

ДИСЦИПЛИНАРНАЯ КУЛЬТУРА

Теперь коснемся очень чувствительного для армии и общества в целом вопроса о дисциплине.

Речь идет не просто о подчинении как форме исполнения приказов и распоряжений, точном и своевременном прибытии на службу, работу, но в самом широком понимании – о дисциплине общественной, простирающейся от законопослушности до верности данному слову.

Генерал Драгомиров считал, что дисциплина важна не только в военной службе.     Илья Репин. Портрет Михаила Ивановича Драгомирова. 1889 год. ГИМ.

Трудно не согласиться с мнением генерала Михаила Драгомирова: «Дисциплина нужна не только в военной службе. И жаль того народа, который ею не проникнут. Разница между военной и гражданской дисциплиной в силе напряжения, но не в духе или основе ее. Многим воинская дисциплина рисуется так, будто столь же полно обязывает одних, сколько развязывает других; будто она проявляется во всеоружии палок и безграничного произвола, именно того, что уже признано не охранительной силой, и разрушающей к ней примесью. Многим не известно, что дисциплина столь же облекает властью, сколько и сдерживает произвол».

Россия не прошла полной стадии капиталистического развития, вырабатывающего основу порядка, – дисциплину труда, гражданских взаимоотношений, подчинения законам. Революционный энтузиазм 20–30-х годов, периоды войны и хрущевской оттепели отчасти компенсировал недостаток дисциплинарной культуры, но полностью его не снял. В целом словно между молотом и наковальней вырабатывалась в те годы воинская дисциплина. С одной стороны, недоверие к кадрам, боязнь общения с «врагами народа», а с другой – обыкновенная распущенность, нетребовательность к себе и другим, своего рода плоды «псевдореволюционной вольницы».

Лучшим периодом развития воинской дисциплины в нашей армии стали 50–60-е годы ХХ века. Великая Отечественная война научила ценить порядок и дисциплину. Гордость за страну, выигравшую войну, достоинство воина-победителя придали новый импульс укреплению общественной и воинской дисциплины. Воинскую дисциплину не просто терпели, а почитали и уважали. В то время проводили много учений, любили парады, ценили воинские ритуалы, гордились званием солдата и офицера и военной формой одежды.

Деградация социально-политических отношений с наступлением брежневского застоя, падение дисциплины в обществе сказались и на армии: появились дедовщина, «землячества» и другие уродливые явления. И в прошлом, и сейчас причина их не только в командирах и начальниках, хотя прежде всего в них, а именно в слабости общественной дисциплины. Для ее формирования нужна энергичная и твердая деятельность государственных органов и общественных организаций. Высокая воинская дисциплина возможна только при условии высокой общественной дисциплины, диктатуры закона.

В настоящее время в Российской армии (уже который год) осуществляется военная реформа, одна из задач которой – повышение уровня социальной защиты военнослужащих, обеспечение их законных прав. Но говоря об этом, часто обсуждают мнимую противоположность обязанностей, прав и возможностей. Забывают, что дисциплина и права диалектически связаны между собой и переходят друг в друга. Так, например, требовать обеспечения всем законно необходимым – это право военнослужащего. Но вместе с тем это «симметричная» обязанность тех, кто отвечает за обеспеченность всем необходимым для службы. Таким образом, можно сказать, что воинская дисциплина – это своего рода острие дисциплины общественной, надстройка.

ШТАБНАЯ И ВОЕННО-ТЕХНИЧЕСКАЯ КУЛЬТУРА

На протяжении веков совершенствовались оружие и боевая техника. Соответственно менялись тактика и стратегия. Военная наука в России сделала свои первые шаги в петровское время. После Отечественной войны 1812 года повысились требования к собственно военным знаниям, появилась развернутая система военного обучения и образования. Военное образование тогда касалось прежде всего изучения оружия и появлявшихся тогда видов простой военной техники. Однако со временем общая и специальная (военная) образованность стала важным и нужным качеством офицера и полководца, а затем и солдата.

С появлением массовых армий, ростом масштабов в пространстве и времени военных действий появились штабы, которые координировали действия войск и помогали командующему в управлении войсками. Служба штабов стала общепризнанной сферой военной деятельности. Тогда же стала зарождаться и штабная культура.

Склонность к службе в штабе, а следовательно и штабную культуру, стали выделять как особое качество военнослужащего. Она представляет собой умение оперативно добывать и анализировать информацию, необходимую для принятия решений, разрабатывать особые документы – приказы, директивы, планы, карты, схемы и др., – доводить до войск и контролировать их исполнение в интересах тщательной подготовки войск и выполнения ими задач в ходе боя и операции.

Вместе с тем штабная культура – обязательный элемент деятельности не только офицера штаба. Каждый военнослужащий должен в определенной мере владеть штабной культурой. Воля и ум свойственны как командирам, так и офицерам штабов, только имеют разные соотношения. Чем выше уровень воинской инстанции, тем важнее воля командующего, опирающегося на коллективный ум штаба.

При малом масштабе боевых действий на первый план выходит ум и смекалка командира. При этом нет жесткого разделения между командирским и штабным трудом, в течение службы офицер, как правило, чередует командные и штабные должности. Кроме того, любой офицер обязательно контактирует со штабом, представляя туда определенные документы и получая таковые в штабе, при этом он должен их правильно уяснить и точно выполнять.

В современных условиях работа в штабах становится более интеллектуальной. Это обусловлено многими факторами – усложнением процессов вооруженной борьбы, освоением новых театров военных действий – космического и информационного, принятием на вооружение оружия на новых физических принципах и с искусственным интеллектом, внедрением автоматизированных систем управления войсками и оружием и др.

Способность и умение применить в военном деле достижения науки и техники, интегральный уровень общего и специального, прежде всего инженерно-технического, образования военнослужащих представляют военно-техническую культуру. В ней можно условно выделить два среза: высший – деятельность человека по созданию и производству новой техники и управление ею на самом высоком уровне и низший – обучение подчиненных военнослужащих грамотной ее эксплуатации и применению в сложных условиях. Эти два аспекта в разные периоды и в разных странах имели различную жесткость связи.

На первый взгляд кажется, что Россия всегда отставала от передовых стран Запада в сфере технической культуры, и в частности военно-технической. Однако на самом деле вопрос гораздо сложнее. Отличительной особенностью развития русского общества являлся разрыв между высшим слоем культуры и ее освоением массами. Коренным образом изменился характер этого процесса после Октябрьской революции. Энтузиазм социалистического строительства 20–30-х годов вывел нашу страну на передовые позиции как по возможностям создания техники, в том числе и военной, так и по ее освоению. Даже после разрушительной Великой Отечественной войны мы сохранили высокий технический и научный потенциал. Ликвидация ядерной монополии США, запуск первого спутника Земли и первого космонавта, первый выход в открытый космос, достижение ядерного паритета – все это наши научно-технические победы.

Сегодня состояние военно-технической культуры нельзя считать благополучным. Поломки, аварии, катастрофы – результат и халатности, и низкой военно-технической культуры многих людей – от «стрелочника» до видного руководителя. С одной стороны, взлет технической мысли, подтверждающий, что при желании можем делать не хуже, а даже лучше других. С другой – вопиющая безответственность, например в создании и использовании средств спасения экипажей подлодок в случае аварий. Вместе с тем следует признать, что бурное непрерывное обновление и внедрение новой техники в современных армиях разных государств создает подобные диссонансы довольно часто и в какой-то степени глобально. И только высокая военно-техническая культура способна остановить «злой рок». К сожалению, последние два десятка лет оборонно-промышленный комплекс в нашей стране не жил, а выживал, что привело к отставанию в разработке и принятии на вооружение новых образцов вооружения и военной техники. Заделы советского периода выбраны полностью, необходимо сделать асимметричный рывок, чтобы выйти в мировые лидеры по разработке оружия.

В настоящее время значение культуры эксплуатации и применения вооружения, военной и специальной техники, особенно в условиях ее постоянного усложнения и повышения уровня автоматизации и интеллектуализации, неуклонно возрастает. Современный командир и офицер штаба является одновременно конструктором и оператором сложнейшей распределенной эргатической системы – вооруженной борьбы.

ЭТИКА ВЗАИМООТНОШЕНИЙ

Этическая сторона военной культуры органично вплетена в духовный облик общества и вместе с тем имеет специфический характер. Дело в том, что нравственное сознание воинов, в отличие от рассмотренных выше компонентов, связано с общественной моралью одновременно прочно и стихийно. В духовном отношении армия – срез общества, глубинный образ которого очень трудно изменить командирам и начальникам, так как он заложен в подсознании военнослужащих.

«Откуда же взяться любви, уважению к армии, когда познание ее отсутствует? Мало знаний – неоткуда появиться и уважению к армии; нет уважения – нет и не может быть и любви к ней... Громадное количество наших будущих граждан в этом отношении воспитывается в полном невежестве. Наша интеллигенция так много требует от армии, а что она дает взамен! Пренебрежение, равнодушие и, будем правдивы, порой – даже неприязнь. Пока в сознании каждого, стоящего наверху и внизу... не будет ясного, точного, любовного отношения к своему русскому штыку, до тех пор вопрос о предварительной подготовке молодежи к военной службе будет висеть в воздухе. И так дальше продолжаться не может, если мы хотим действительной, а не призрачной мощи нашей Родины», – это сказал в 1914 году Михаил Сергеевич Галкин, полковник Генштаба, участник Русско-японской войны. Его слова не утратили значимости и в наши дни.

Интересен краткий взгляд на эволюцию зависимости нравственных качеств армии от способов ее комплектования и устройства общества.

История свидетельствует о сложной мозаике моральных качеств воинов и армий различных государств. Однако в этой пестроте прослеживается четко выраженная тенденция: чем прогрессивнее, ближе к интересам народа государство, тем более чистой и крепкой в духовном отношении являются армия и военная организация общества и государства в целом.

Общей чертой различных по структуре и способам комплектования вооруженных сил всегда была их прочная связь с народом (или с наиболее здоровой и сильной его частью). Это прослеживалось уже в армиях свободных рабовладельцев или армиях феодальных государств, основу которых составляли рекруты из народных масс. Именно в таких армиях зародилось чувство патриотизма. Это было свойственно в том числе и русской армии начиная с петровских времен. Своеобразной вершиной взлета вооруженных сил подобного склада были массовые армии периода ранних буржуазных революций, особенно Великой французской.

Не следует стесняться богатого опыта, накопленного в годы существования Советского Союза. Победа над гитлеровской Германией, освобождение стран Европы от фашизма были бы невозможны без высочайшей самоотверженности и патриотизма нашего народа, прежде всего военнослужащих. В послевоенные годы Вооруженные силы СССР представляли собой высший тип народной, передовой по составу и духу армии. Высокие моральные качества личного состава являлись следствием глубоких народных корней, а также истинным, а не фальшивым, совпадением народных интересов с общечеловеческими.

Из поколения в поколение в русской армии передавались понятия о долге и чести во славу Отчизны. Фундаментальные труды лучших представителей офицерского корпуса искали пути повышения боеспособности армии, прежде всего за счет морального духа. Создавалась богатая традициями система воспитания воинов, положения которой не потеряли актуальности до сих пор. И нам необходимо использовать исторический опыт, привлекать в сферу военного дела достижения из других областей культуры. И это следует сочетать с высоким уровнем военных знаний, штабной подготовки, боевой выучки. Все это логически приведет к научной организации деятельности армии с опорой на ее культуру.

Основной показатель уровня военной культуры – защита Отечества ценою наименьших потерь, затрат сил, средств и времени. По нему и следует судить о культурном состоянии армии и народа в целом.

Поставить на службу проводимой сегодня военной реформе все достижения культуры, в том числе и военной, значит во многом предопределить ее успех и надежное будущее армии.    

Поделиться: