Создать: 04/07/2025 - 14:15
Рецензия Татьяны Селезнёвой на книгу стихов Игоря Витюка «Эхо сирийской войны» (М.: Центральный Дом Российской Армии, 2022)
Поэзии человека военного свойственно особенно пронзительное чувство любви к Родине. Человек, выбравший своей долей защиту своей страны, помнит о ней и любит её, где бы он ни находился: под чужим восточным небом или на ближних рубежах.
Подборка стихотворений полковника запаса, ветерана боевых действий Игоря Витюка «Под восточным небом», опубликованная в литературном журнале «Москва» (май 2019 г.), написана под впечатлением командировки в Сирию, охваченную гражданской войной.
Сергей Есенин говорит:
«Лицом к лицу лица не увидать.
Большое видится на расстояньи»
(«Письмо к женщине»)
И любовь к Родине, и её величие, и вера русская ярче чувствуются на расстоянии. И эта неизбывная любовь, неотделимая от щемящей сердце тоски по России в лирике Игоря Витюка проявляется в маленьких деталях:
«Где вы? Где вы, милые берёзки,
Стройные, родные деревца?..»
(«Берёзовый напев»)
– спрашивает поэт с неподдельной нежностью в стихотворении «Берёзовый напев» – и отвечает сам себе произведением «Светоносная земля»:
«Дорогое моё Подмосковье!
Сердцу милый отеческий край!
Я к тебе обращаюсь с любовью,
Ненаглядный берёзовый рай!»
(«Светоносная земля»)
На Родине – берёзки, в любимой России, по которой Игорь Витюк, находясь в командировках, неизменно скучает:
«Я уже по горло сыт войною.
Жду замену, чтоб лететь домой –
Распрощаться с жизнью фронтовою,
Встретиться с Московией родной».
(«Берёзовый напев»)
И этот контраст палящего солнца Востока, сирийских песков – и прохладных русских лесов, «ненаглядного берёзового рая», услады для русского сердца – родной Московии – громок и почти отчаян.
Военную поэзию человека, познавшего войну на собственном опыте, отличает необычайная мирная направленность стихотворений. Это не «можем повторить» и «мы всех победим», свойственные «диванным воинам», а чёткое осознание всей боли, которую приносит война, и необходимости защиты русской земли и культуры, веры и ценностей, языка и самоидентичности.
«Стонет здесь земля от боли, здесь она до слёз нагрета,
Вся снарядами изрыта, огневая, словно ад».
(«Апельсиновая роща»)
– говорит Игорь Витюк в стихотворении «Апельсиновая роща», показывая ад войны, увиденный собственным взглядом. Когда я читаю название этого стихотворения, ещё не видя самого произведения, у меня перед глазами встаёт «Memento» Ф. Г. Лорки:
Когда умру,
схороните меня с гитарой
в речном песке.
Когда умру...
В апельсиновой роще старой,
в любом цветке.
(«Memento»)
Апельсиновая роща Ф. Г. Лорки – это тишина и умиротворение, последняя пристань души поэта, место, где ничто не нарушит его покой. И совсем другая, горькая и яркая, ранящая «Апельсиновая роща» у Игоря Витюка: это «апельсины цвета крови», «дерева кровоточат». Сразу видно, что в городе – война, никакого покоя! И выживет ли недавно посаженная апельсиновая роща – или сгорит под обстрелом врага – неизвестно. Но куда пронзительней и больнее финал стихотворения:
«А мальчишки-непоседы апельсины собирают,
Продают за жалкий доллар, не пугает их война.
Я, конечно, покупаю. Здесь от голода страдают.
Вон, один из них безрукий… Ох, кровавая весна…»
(«Апельсиновая роща»)
Сопоставление кровоточащих дерев и безруких детей бьёт навылет – сравнимо с пулей в сердце. Поколение сирийских детей (равно как и поколение донбасских детей – ныне) – это та самая «апельсиновая роща», молодая «поросль», цветущая не благодаря обстоятельствам, а вопреки им, кровоточащая, но закалённая войной, и поэтому – самая крепкая. И речь в стихотворении совсем не о деревьях…
Мотив защиты в представленной лирике Игоря Витюка едва ли не самый главный: «Словно часовые, деревца стоят» (как тут не вспомнить русские народные сказки, где деревья выступают в роли помощников и защитников справедливости: яблоньку, прячущую в своих ветвях детей, бегущих из плена Бабы-Яги в сказке «Гуси-Лебеди», берёзку из сказки «Белая уточка», помогающую девушке расколдоваться, и проч.),
«Сирию спасём от поруганья, // победить врага поможет Бог» – слова не воинственно настроенного человека, пришедшего захватить земли – но воина, прибывшего защитить и спасти Сирийскую землю непременно с Божьей помощью. И, конечно: «Пасха или Рождество –// полон храм людьми в погонах. // Охраняют торжество // часовые на иконах» – кульминация защиты. На войне не бывает атеистов, и русские солдаты с особенным трепетом относятся к православным святыням и праздникам. «По вере вашей да будет вам», – говорит Господь, и русский воин верит в святую защиту «часовых» на иконах. И не безосновательно: для иноверцев обстрелы православных храмов в великие праздники – дело принципа, но святые неизменно защищают русских и спасают их от гибели.
Тема христианства хоть и не является основополагающей в подборке «Под восточным небом», красной нитью прошивает каждое её стихотворение. Русская Православная Церковь не разрешает освящать храмы за границей, если храм стоит на земле, не принадлежащей России или не сданной России в бессрочную аренду. На Сирийской земле долгое время не было православного храма, где воины, выполняющие боевые задачи, могли бы помолиться: часовня во имя святого Георгия Победоносца на авиабазе Хмеймим была освящена только в сентябре 2016 года. И единственное место, напоминающее о родных, русских православных храмах – это обыкновенная полевая церковь, храм-палатка, как её окрестили бойцы. И в стихотворении «Крестный марш-бросок» Игорь Витюк описывает свои впечатления от посещения такой церкви во время своей сирийской командировки.
«Крестный ход сродни броску,
Марш-броску пред главным боем».
(«Крестный марш-бросок»)
Марш-бросок перед основным боем всегда особенно сложен. Когда солдат знает, что ему предстоит самая главная битва, в которой нет права на ошибку, собраться с духом тяжелей. Сравнивая крестный ход по сирийскому песку с марш-броском перед главным боем, Игорь Витюк напоминает о важности подготовки души к тяжёлым испытаниям. И если марш-бросок – смена позиций, прохождение дистанции – это физическое изменение положения для выполнения боевых задач, то крестный ход – это рост души, что тоже необходимо для достижения поставленных целей. «Леность погружает в сонливость, и нерадивая душа будет терпеть голод» (Книга Притчей Соломоновых, 19:15), – говорится в Библии, и – на войне быстрей всего на собственном опыте постигаются прописные Библейские истины.
Но на войне также особенно чувствуешь близость к Богу и Его защиту. В стихотворении «Путь любви» Игорь Витюк пишет:
«Меня теперь хранят Любовь и Вера.
И я найду свою дорогу в Храм,
Как подвиг ищет сердце офицера».
(«Путь любви»)
Удивительное сравнение поиска своей дороги в Храм и подвига офицера. Но, вчитавшись, понимаешь его красоту и точность: дорога в Храм у каждого своя – и подвиг у каждого свой. Не нужно пытаться «надеть чужие ботинки» – нужно идти той дорогой, которую тебе предлагает Господь. У каждого свой крест, свои испытания – и своя награда.
Венцом всей поэтической подборки можно считать последние строки стихотворения «Путь любви»:
«И воспарит душа, и запоёт,
Как пела девушка в церковном хоре».
(«Путь любви»)
Своеобразный диалог с Александром Блоком здесь не случаен: стихотворение А. Блока «Девушка пела в церковном хоре» написано после перелома в душе автора – и его отказа от революционных взглядов. Стихотворение Игоря Витюка «Путь любви» показывает похожую эволюцию (а может, революцию?) в душе лирического героя и его приход к вере. Интересно понаблюдать за героем. Вспомним первое стихотворение подборки:
«Разыгралась в сердце непогода,
Позабылись летние деньки,
Вновь зима накрыла на полгода…»
и
«Где вы, терема в резной оправе?
Затерялись в джунглях городских.
Сникли реки в душном ледоставе
Средь сугробов жутких и глухих»
(«Зимние сны в подмосковном Пушкино»)
Лирический герой, потерявшись, погружается в спячку в родном Подмосковье, душа испытывает леность, – а потом, проходя испытание войной, видя безруких детей, раненых солдат, смерть друзей – начинает трудиться – и приходит к Богу и видит это же Подмосковье уже другим:
«Светоносные земли красивы,
Светоносны излучины рек.
Здесь душа необъятной России,
Здесь привольно живёт человек!
Свет небесный земля излучает –
От окраин до сердца Кремля!»
(«Светоносная земля»)
И разве возможно душе спать, когда вокруг такой свет и Божья благодать? Когда в душе поселился Бог?
И, возвращаясь к стихотворению «Путь любви», видишь, что в двенадцати строках произведения показана дорога лирического героя, подробно описанная в подборке. И сразу возникают мысли о том, что, быть может, лирический герой Игоря Витюка был в храме, когда «Девушка пела в церковном хоре» и, преодолев предназначенные Богом испытания и, наконец, придя к вере, вспоминает эту чистую и невинную девушку из прошлого и сравнивает свою очистившуюся душу с ней?
...Когда Игорь Витюк ведёт свои поэтические семинары, он неизменно говорит о важности направленности оси стихотворения в высь, к Богу. Слова – словами, но лучший пример — это личный пример. В стихах Игоря Витюка – и метания души, и дорога к вере, и роль Бога на войне, и неизбывная любовь к России – но стихи эти неизменно чистые и пронзают своей искренностью и скромной, неброской духовностью, к которой хочется прийти вместе с автором.
И русское слово Игоря Витюка под восточным небом звучит и светит – ярко, светло и – неизменно по Божьей воле.
Татьяна СЕЛЕЗНЁВА,
член Союза писателей России
